И все же он верит в обучение. Если один из показателей хорошего образования это умение принимать две противоположные идеи, то великий педагог – коим, без сомнения, является Арад – этот тот, кто способен их совместить, как бы противоречивы они не были.
И Лэмб лишь один из многих: Пол Кокседж (Paul Cocksedge), Питер Мэриголд (Peter Marigold), Саймон Хасан (Simon Hasan). Отрицание Арадом себя как педагога, возможно, смотрится неким позерством, особенно если учесть, что он уже не один год успешно преподает в учебном заведении. Но это не совсем так… на самом деле это отрицание лишь подчеркивает его позицию. О Королевском Колледже, расположенном в двух шагах от Гайд-парка в Найтсбридж, одном из самых богатых районов Лондона, он говорит: «Мне всегда хотелось, чтобы он находился где-нибудь в Кэмдене или Шордиче, а не в районе SW7. Это заведение не отличается ни справедливостью, ни демократичностью, однако растит настоящих профессионалов». «Куда важнее городской среды, - добавляет Даниэль Чарный, - среда внутри самого учебного заведения, не город влияет на студентов, а общение в процессе учебы со своими сверстниками и коллегами». В противовес Бею и Чарному, которые уверены, что чем активнее преподается дизайн, тем лучше, в словах Арада сквозят плохо скрываемые мысли о том, что обучать дизайну в принципе не нужно, хотя сам он делает это просто великолепно. «Италия перестала быть страной мастеров дизайна, когда в ней появились преподаватели дизайна», - говорит он.
Отношения учителя и ученика далеко не всегда складываются так уж легко, над ними нужно кропотливо работать. Арад прививает и воспитывает в своих подопечных понимание того, что творческое видение - как учителя, так и ученика – ценно и в равной степени весомо. Своей самой важной и интересной миссией в Королевском Колледже Рон считает оценку портфолио абитуриентов, которые были отсеяны другими преподавателями. Он вспоминает, как изучал биографию студента по имени Роланд Лэмб (Roland Lamb). «Я понял, почему он не попал в число отобранных, - говорит Арад, - все дело в том, что его нельзя назвать мастером формы». Однако, Лэмб - выпускник Гарварда, говорит на кантонском, мандаринском и японском языках, обучался в «Саммерхилл» (Summerhill School), прогрессивной новаторской школе; Лэмб был вполне достоин того, чтобы обучаться в Королевском Колледже, «месте, - как говорит Арад, - которое смогло наконец его по достоинству оценить». Сейчас Лэмб получает патент на свое уже нашумевшее изобретение – трехмерный сенсорный интерфейс.
«Ну, да, - добавляет бывший коллега Рона по Королевскому колледжу Даниэль Чарный, - только работают они после этого значительно лучше, и уже сами способны нанимать других для работы на себя». Арад любит подчеркивать, что никогда не учил тому, как делать коммерчески успешные произведения и вообще не интересовался предпринимательством. Говорит, что не может понять смысла этого слова. Это при том, что он организовал пышно разрекламированную дизайнерскую фирму, (в состав которой входит и архитектурное бюро, потоком выпускающее высококлассные работы). Для Арада обучение дизайну – особенно послевузовское – «это просто возможность подольше поиграть в детство, нежелание работать, если хотите». Он далек от переоценки роли учителя. «Многие студенты любят колледж не благодаря учителям, а скорее, вопреки их присутствию. Самое важное – это окружение, соратники и единомышленники».
Но отвлечемся на минуту от его коммерческих успехов, недавно прошедших выставок в трендовых галереях и того, что он сам говорит; становится понятно, что самых ярких и громких своих успехов этот человек достиг именно на поприще наставничества. Арад - едва ли не самый влиятельный и востребованный преподаватель Соединенного Королевства. Интервью, которое у него взял Лукас Вервейж (Lucas Verweij) в Базеле, проливает немного света на его педагогическую деятельность. Выступая совместно с Даниэлем Чарным (Daniel Charny) и Юргеном Бейем (Jurgen Bey), двумя именитыми преподавателями и живыми воплощениями духа свободы, привнесенного Роном в Королевский Колледж Искусств, он рассуждает о своей работе в Колледже со свойственной ему смесью самоуничижения и провокационности. «Во-первых, - говорит он, - мы вообще не были обязаны учить людей чему-то; моя первая заповедь - не навреди. Мы обычно шутили, что берем работоспособных людей и два года занимаемся тем, что отвлекаем их от работы, делая из них тех, кто совершенно непригоден к трудоустройству».
Однако если бы все было так просто и буквально, творение вряд ли оказалось бы в Музее современного искусства. «Бетонное стерео» совмещает в себе целый ряд категорий и направлений дизайна – монументальность и эфемерность, модернизм и хай-тэк. Оно словно олицетворяет жизнь самого Арада. С начала 1980х он делал карьеру дизайнера и одновременно разрушал ее, постоянно отыскивая все новые пути самовоплощения. Творчество Рона – это бесконечный эксперимент, иногда в ущерб качеству своих творений: Well Tempered Chair («Добротный стул»), который он создал в 1986 году - сколь внушительно роскошный, столь же потрясающе бесполезный. Между тем, его Tom Vac Chair («Стул Том Вак»), созданный в 1997 году – несомненное коммерческое достижение, жемчужина коллекции законодателя мебельной моды, музея Vitra. Найдя свое место в современном деловом мире, Рон Арад реагирует на его события скептически и капризно, работая, надо понимать, только с теми, кто ему пришелся по вкусу, и плевать он хотел на всех остальных.
«Я на самом деле никакой не учитель», - говорит Рон Арад (Ron Arad). Странная фраза для человека, который вот уже 12 лет является профессором Королевского Колледжа Искусств. И тем более странная, если вспомнить, что она прозвучала во время программы обсуждений BE OPEN в Базеле, посвященной воспитанию нового поколения дизайнеров. Как ни крути, Арад в своем деле преуспел. Он достиг успеха и признания, идя против течения. Один из его знаменитых шедевров Concrete Stereo («Бетонное стерео») (1983) представляет собой музыкальный проигрыватель, покрытый защитной резиной и залитый в бетон, сколотый угол которого обнажает ржавеющие прутья железобетонного каркаса. Обычно этот объект расценивается как обломок панк-культуры на поле дизайна, этакий символ времени. В каталоге Музея современного искусства (Museum of Modern Art) его называют “сюрреалистическим вызовом триумфу электроники”.
«Учить?! – Постарайтесь хотя бы не навредить» //«Учить дизайну?! – ну уж нет!» // Непреподаваемый дизайн // Неучитель дизайна // Дизайну невозможно научить // Дизайнера учить – только портить //
Комментариев нет:
Отправить комментарий